Экспедитор Коля и Тайненькое Знаньице.
Jul. 12th, 2010 12:32 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
julia_riwethА пока тут то да се, ночью под Севастополем ваша непокорная эльфа пила коньяк с черными археологами. И оказались они такие занятные, что просто сил эльфиных не было. И написала эльфа вот тут немножко писанины. Кто не боится - иди под кат.
В ночной степи – или она лесостепь – грызутся собаки. Город рядом, заправки, духовитые мусорные баки. Как тут не жить, не вывести щенят, не взвыть на Луну раскатистым басом? Собачий рай слышно издалека, даже слышнее, чем дорогу, которая проходит совсем рядом.
Экспедитор Коля сидит на теплых камнях и пьет чай да вкушает коньяк с бубликами. Камни взяты на время и с возвратом из остатков древней усадьбы, которую рядом иногда вяло раскапывают археологи. Они шершавы и грубы, как быт древнего мира, и так же шершав и груб яркий свет электрической лампы, под которой сидит экспедитор Коля. Она бьет в глаза, взрезает темноту и разрывает романтику южной ночи, как Тузик надоевшую грелку.
Экспедитор Коля сторожит две палатки, экскаватор и котлован, в котором точно-точно есть древняя пирамида. Его важная миссия заключается в том, чтобы постичь истину, и он попивает чай и поправляет клетчатую бандану с осознанием всей тяжести этой задачи. Экспедитор Коля словоохотлив и любит гостей. Ему не жаль ни бубликов, ни коньяка, ни места в палатке. А то скучно было бы.
Экспедитор Коля когда-то обучался работе с кожей, а теперь отправляет в далекие страны суда с нефтью, безжалостно отнятой у матушки-Земли. Его сердце обливается кровью, потому что он-то знает: источник совершенно бесплатной и совершенно бесконечной энергии – рядом. Он называется каким-то умным словом, Коля не помнит, каким, но помнит, что власти скрывают, чтобы мировая элита могла продать всю нефть.
В мире экспедитора Коли власти скрывают все. Наверное, даже прогноз погоды на завтра, но Коля умеет ходить в Интернет, там еще и не такое найти можно. Например, в Интернете водятся ученые-новаторы, которые, в отличие от злых ученых-ортодоксов, которые прибрали все гранты, уехали на Канары и опять же продали всю нефть и вдобавок СКРЫВАЮТ, выяснили, зачем под землей спрятана пирамида и для чего ее раскапывать.
- На Марсе вот тоже пирамиду нашли, - авторитетно говорит Коля и наливает еще по одной. – Хотя жизни там нет.
- Как нет жизни? – изумляются в ответ, кривясь от горького коньяка и едкого дыма в глаза. – А говорят, была.
- Так Марс же, - поднимает палец Коля, и потом сплевывает комара, - он же мужского рода! Вот Земля – женского.. ну, в русском языке.
Под рукой у Коли распечатка, в которой помимо прочего рассказано, что и в египетских пирамидах тоже находили надписи на древнеславянском. Особенно древнеславянским языком баловался Тутанхамон…ну или дух Тутанхамона. Где-то рядом с фараоном обретаются еще и древние арийцы с Урала, потому что Урал совсем рядом с древним Египтом, да и бешеному древнему арийцу полматерика не крюк.
Куда серьезнее дело обстоит с самими пирамидами. Они, оказывается, обеспечивают энергетический обмен Земли с Сириусом, Вегой и Канопусом, а обмен этот защищает нас от удара из космоса. Некоторые говорят, что здесь и без того многих из космоса уже ударили, причем сильно и больно, но Коля несет свой крест каждый отпуск – неизменно и с улыбкой.
Что-то примерно такое – про обмен и Канопус – было написано в той древнеславянской надписи, которая в пирамиде, пирамида в Египте, а Египет в Африке. Не какой-нибудь там «Здесь был отрок Егорий», что вы!
- А камням этим пять тысяч лет, - говорит Коля и ставит стакан с чаем на обломки той стены, где древние греки тоже когда-то имели возможность написать неприличное хотя бы и на славянском языке.
Камням больше, и тут под чай развертывается дивная дискуссия, в ходе которой Коля узнает, что породы бывают осадочные и магматические, что, конечно, уж никак не может быть пиаром и происками ученых-ортодоксов, которые якобы снарядили корабль Марс и пирамиды там не видали. Вот даже удивительно как-то, и поэтому Коля наливает еще.
Пирамиды, поясняется в распечатке, которую Коля держит под рукой, нуждаются в ремонте. Но рабочий класс вместе с древними арийцами и воинами-интернационалистами пирамиды приведет в рабочее состояние. Наверное, их раскопают, покрасят и пересеют «сЕликатный песок», который у них внутри. Потому что сейчас пирамиды работают плоховато, да и землей их засыпало вон аж метров на двадцать, и экскаватор не справляется. После стольких-то лет.
И ерунда, что власти скрывают. Главное, что вон в распечатке уже все написано. Возможно, убьют ОНИ не всех, кто ходил читать, а только некоторых.
- Я и сам кое-что исследовал, - скромно говорит Коля. – Ну, там пару книжек прочитал… А вообще когда я засыпаю, мне такие мысли приходят… Вот водки хотите? Это вам не магазинная водка. Это хорошая.
В мире Коли есть много слов, значение которых понимать не обязательно, потому что они и так страшные, а он их, главное, наизусть знает. «Торсионное поле» знает, «магнитная программа всего живого» знает, и даже что на Марсе нет магнитного поля, а в центре Галактики есть какие-то загадочные Белые дыры, наверное, молочные и льдистые до хруста – почему-то в жару после коньяка так кажется. Ну если черные есть, почему белым не быть? Он знает, что грязная энергия грязных мыслей и проданная налево нефть (уж насчет левой нефти можно в словах экспедитора и не сомневаться) погубят цивилизацию, но есть еще возможность ее спасти. Надо только использовать все магические слова, которые есть у него в запасе. И пару книжек еще прочитать. Раскопать пирамиды – а там и магнитное поле можно исправить, как исправляют течение рек, а что они так криво текут!
Когда Коля не на работе и не отправляет танкеры клиентам, он сторожит раскопки и ходит купаться. Гости, лето, солнце... А еще ночь и коньяк, и водка – хорошая.
После пятой к экспедитору Коле приходит истина, но теряется блокнот. После ковырнадцатой он считывает информацию непосредственно с высших-высших слоев и видит венерианские сны женского рода.
В жаркой степи…или лесостепи, короче говоря, вокруг сгущается самая темная ночь, со звездами, кронами сосен и воем собак, на который настораживает уши желтый и хитрый раскопочный пес Сфинкс. Глаза у него черные, как переспелые сливы, и узкие, как у татаро-монгольского ига, а пасть умеет залихватски улыбаться. Сфинкс никогда в жизни не загадал ни одной загадки, зато сожрал немало бутербродов с колбасой и не раз сладко спал на чужой мягкой пенке – пока не сгонят.
Когда ты спец по добыче бутербродов воровством или умильностью…то есть харизмой наглой желтой морды, тебе нет надобности шарахаться от каких-то там духов. А пустыри и перелески дышат и пахнут стариной, как будто босые ноги старых и мудрых еще вздымают пыль между длинных асфальтовых рек, которые никуда не текут. На их руках, ногах и морщинистых шеях еще висят белые ожерелья из зубов и камней, но не тянут их вниз, в реку времени, чтобы легли на дно и молчали. Голоса их иногда всплывают в горячем ветре, в эхе, гулко оживляющем скалы…а иногда ими пытаются разговаривать через Интернет изобретатели пирамидального велосипеда для покорения галактики, только получается у них не совсем так.
Почти незримо старые и мудрые подходят к выпившему экспедитору Коле совсем близко. Они вслушиваются в его заклинания – в заговор про торсионные поля, в заклятие про землю женского рода, в крик души про силикатный песок внутри подземных пирамид, про Сириус, Вегу и Канопус. И когда экспедитор Коля идет наконец спать, они аккуратно прикрывают за ним брезентовый полог. Хотя, конечно, он слышит, засыпая, только ветер и пыхтение Сфинкса.
С неодобрением смотрят молчаливые духи на Колину фиолетовую клетчатую бандану, оставленную на ветке. И один из них, поддев черным, искривленным, как тень на песке, посохом, ее стильно изжеванный край, как бы говорит неразумному потомку, что не стоит произносить столь страшные слова, пока ты не прошел многолетнее обучение у опытного наставника, и не инициирован каленым железом и сушеными мухоморами.
Не обращая на них внимания, Сфинкс деловито сгребает забытую у костра еду и на всякий случай машет желтым хвостом.
В ночной степи – или она лесостепь – грызутся собаки. Город рядом, заправки, духовитые мусорные баки. Как тут не жить, не вывести щенят, не взвыть на Луну раскатистым басом? Собачий рай слышно издалека, даже слышнее, чем дорогу, которая проходит совсем рядом.
Экспедитор Коля сидит на теплых камнях и пьет чай да вкушает коньяк с бубликами. Камни взяты на время и с возвратом из остатков древней усадьбы, которую рядом иногда вяло раскапывают археологи. Они шершавы и грубы, как быт древнего мира, и так же шершав и груб яркий свет электрической лампы, под которой сидит экспедитор Коля. Она бьет в глаза, взрезает темноту и разрывает романтику южной ночи, как Тузик надоевшую грелку.
Экспедитор Коля сторожит две палатки, экскаватор и котлован, в котором точно-точно есть древняя пирамида. Его важная миссия заключается в том, чтобы постичь истину, и он попивает чай и поправляет клетчатую бандану с осознанием всей тяжести этой задачи. Экспедитор Коля словоохотлив и любит гостей. Ему не жаль ни бубликов, ни коньяка, ни места в палатке. А то скучно было бы.
Экспедитор Коля когда-то обучался работе с кожей, а теперь отправляет в далекие страны суда с нефтью, безжалостно отнятой у матушки-Земли. Его сердце обливается кровью, потому что он-то знает: источник совершенно бесплатной и совершенно бесконечной энергии – рядом. Он называется каким-то умным словом, Коля не помнит, каким, но помнит, что власти скрывают, чтобы мировая элита могла продать всю нефть.
В мире экспедитора Коли власти скрывают все. Наверное, даже прогноз погоды на завтра, но Коля умеет ходить в Интернет, там еще и не такое найти можно. Например, в Интернете водятся ученые-новаторы, которые, в отличие от злых ученых-ортодоксов, которые прибрали все гранты, уехали на Канары и опять же продали всю нефть и вдобавок СКРЫВАЮТ, выяснили, зачем под землей спрятана пирамида и для чего ее раскапывать.
- На Марсе вот тоже пирамиду нашли, - авторитетно говорит Коля и наливает еще по одной. – Хотя жизни там нет.
- Как нет жизни? – изумляются в ответ, кривясь от горького коньяка и едкого дыма в глаза. – А говорят, была.
- Так Марс же, - поднимает палец Коля, и потом сплевывает комара, - он же мужского рода! Вот Земля – женского.. ну, в русском языке.
Под рукой у Коли распечатка, в которой помимо прочего рассказано, что и в египетских пирамидах тоже находили надписи на древнеславянском. Особенно древнеславянским языком баловался Тутанхамон…ну или дух Тутанхамона. Где-то рядом с фараоном обретаются еще и древние арийцы с Урала, потому что Урал совсем рядом с древним Египтом, да и бешеному древнему арийцу полматерика не крюк.
Куда серьезнее дело обстоит с самими пирамидами. Они, оказывается, обеспечивают энергетический обмен Земли с Сириусом, Вегой и Канопусом, а обмен этот защищает нас от удара из космоса. Некоторые говорят, что здесь и без того многих из космоса уже ударили, причем сильно и больно, но Коля несет свой крест каждый отпуск – неизменно и с улыбкой.
Что-то примерно такое – про обмен и Канопус – было написано в той древнеславянской надписи, которая в пирамиде, пирамида в Египте, а Египет в Африке. Не какой-нибудь там «Здесь был отрок Егорий», что вы!
- А камням этим пять тысяч лет, - говорит Коля и ставит стакан с чаем на обломки той стены, где древние греки тоже когда-то имели возможность написать неприличное хотя бы и на славянском языке.
Камням больше, и тут под чай развертывается дивная дискуссия, в ходе которой Коля узнает, что породы бывают осадочные и магматические, что, конечно, уж никак не может быть пиаром и происками ученых-ортодоксов, которые якобы снарядили корабль Марс и пирамиды там не видали. Вот даже удивительно как-то, и поэтому Коля наливает еще.
Пирамиды, поясняется в распечатке, которую Коля держит под рукой, нуждаются в ремонте. Но рабочий класс вместе с древними арийцами и воинами-интернационалистами пирамиды приведет в рабочее состояние. Наверное, их раскопают, покрасят и пересеют «сЕликатный песок», который у них внутри. Потому что сейчас пирамиды работают плоховато, да и землей их засыпало вон аж метров на двадцать, и экскаватор не справляется. После стольких-то лет.
И ерунда, что власти скрывают. Главное, что вон в распечатке уже все написано. Возможно, убьют ОНИ не всех, кто ходил читать, а только некоторых.
- Я и сам кое-что исследовал, - скромно говорит Коля. – Ну, там пару книжек прочитал… А вообще когда я засыпаю, мне такие мысли приходят… Вот водки хотите? Это вам не магазинная водка. Это хорошая.
В мире Коли есть много слов, значение которых понимать не обязательно, потому что они и так страшные, а он их, главное, наизусть знает. «Торсионное поле» знает, «магнитная программа всего живого» знает, и даже что на Марсе нет магнитного поля, а в центре Галактики есть какие-то загадочные Белые дыры, наверное, молочные и льдистые до хруста – почему-то в жару после коньяка так кажется. Ну если черные есть, почему белым не быть? Он знает, что грязная энергия грязных мыслей и проданная налево нефть (уж насчет левой нефти можно в словах экспедитора и не сомневаться) погубят цивилизацию, но есть еще возможность ее спасти. Надо только использовать все магические слова, которые есть у него в запасе. И пару книжек еще прочитать. Раскопать пирамиды – а там и магнитное поле можно исправить, как исправляют течение рек, а что они так криво текут!
Когда Коля не на работе и не отправляет танкеры клиентам, он сторожит раскопки и ходит купаться. Гости, лето, солнце... А еще ночь и коньяк, и водка – хорошая.
После пятой к экспедитору Коле приходит истина, но теряется блокнот. После ковырнадцатой он считывает информацию непосредственно с высших-высших слоев и видит венерианские сны женского рода.
В жаркой степи…или лесостепи, короче говоря, вокруг сгущается самая темная ночь, со звездами, кронами сосен и воем собак, на который настораживает уши желтый и хитрый раскопочный пес Сфинкс. Глаза у него черные, как переспелые сливы, и узкие, как у татаро-монгольского ига, а пасть умеет залихватски улыбаться. Сфинкс никогда в жизни не загадал ни одной загадки, зато сожрал немало бутербродов с колбасой и не раз сладко спал на чужой мягкой пенке – пока не сгонят.
Когда ты спец по добыче бутербродов воровством или умильностью…то есть харизмой наглой желтой морды, тебе нет надобности шарахаться от каких-то там духов. А пустыри и перелески дышат и пахнут стариной, как будто босые ноги старых и мудрых еще вздымают пыль между длинных асфальтовых рек, которые никуда не текут. На их руках, ногах и морщинистых шеях еще висят белые ожерелья из зубов и камней, но не тянут их вниз, в реку времени, чтобы легли на дно и молчали. Голоса их иногда всплывают в горячем ветре, в эхе, гулко оживляющем скалы…а иногда ими пытаются разговаривать через Интернет изобретатели пирамидального велосипеда для покорения галактики, только получается у них не совсем так.
Почти незримо старые и мудрые подходят к выпившему экспедитору Коле совсем близко. Они вслушиваются в его заклинания – в заговор про торсионные поля, в заклятие про землю женского рода, в крик души про силикатный песок внутри подземных пирамид, про Сириус, Вегу и Канопус. И когда экспедитор Коля идет наконец спать, они аккуратно прикрывают за ним брезентовый полог. Хотя, конечно, он слышит, засыпая, только ветер и пыхтение Сфинкса.
С неодобрением смотрят молчаливые духи на Колину фиолетовую клетчатую бандану, оставленную на ветке. И один из них, поддев черным, искривленным, как тень на песке, посохом, ее стильно изжеванный край, как бы говорит неразумному потомку, что не стоит произносить столь страшные слова, пока ты не прошел многолетнее обучение у опытного наставника, и не инициирован каленым железом и сушеными мухоморами.
Не обращая на них внимания, Сфинкс деловито сгребает забытую у костра еду и на всякий случай машет желтым хвостом.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2010-07-12 09:59 am (UTC)no subject
Date: 2010-07-12 11:30 pm (UTC)Севастополь и округа таки кладезь, там столько всякого такого услышать можно :)
восхитительная зарисовка
no subject
Date: 2010-07-13 06:00 pm (UTC)no subject
Date: 2010-07-14 07:53 am (UTC)